Обострение межнациональных отношений в период перестройки

Обострение межнациональных отношений в период перестройки

Содержание


Обострение межнациональных отношений в период перестройки

Причины обострения межнациональных отношений  

Список  использованной литературы





























Обострение межнациональных отношений в период перестройки


Перестройка, инициированная М.С. Горбачевым и стоящей за ним группой реформаторов, обнажила целый клубок противоречий, подспудно вызревавших в недрах «развитого социализма». Среди них межэтнические противоречия сыграли далеко не последнюю роль.

Вопрос о том, был ли Советский Союз империей, продолжает оставаться дискуссионным. Противники такого определения говорят об отсутствии четкого территориального разграничения «метрополии» и собственно «колониальных» анклавов, об экономической помощи со стороны «метрополии» национальным окраинам, наконец, о прокламируемой идеологии интернационализма и «дружбы народов». Но вместе с тем очевидно и другое: еще в советский период межнациональная напряженность была очевидна, более того, эта напряженность хронически перерастала в открытые конфликты.

На наш взгляд, удерживать ситуацию под контролем длительное время удавалось по следующим причинам. Во-первых, великая народная революция 1917 года прокламировала лозунги как социального, так и национального освобождения, которые не могли не найти отклика в многонациональной среде. Во-вторых, центр (т.е. историческая Россия) оказывал «национальным окраинам» реальную экономическую помощь, что способствовало экономическому росту и подъему материального благосостояния. В-третьих, многие народы получили в большей или меньшей степени атрибутику национальной государственности, что способствовало формированию национальной политической элиты, ее консолидации и самоидентификации. В-четвертых, опять-таки при помощи Центра резко возрос общеобразовательный и культурный уровень населения, возникла широкая прослойка национальной интеллигенции, что порождало, по крайней мере, на первых порах, чувство благодарности по отношению к «старшему брату». В-пятых, конституировавшийся в Советском Союзе режим тоталитарного толка в корне пересекал какую бы то ни было самодеятельность, тем более настроения фронды.

Тоталитарный политический режим, будучи самодостаточным, содержит в себе весьма значительный запас прочности. Вместе с тем при первых же попытках его реформирования этот потенциал очень быстро сходит на нет, и глубинные противоречия системы тут же обнажаются. Так оно случилось и в сфере межнациональных отношений. Достаточно было первых шагов в сторону демократизации и гласности, как этнополитические конфликты стали чуть ли не повседневной реальностью.

Широко распространено мнение, что советское руководство во главе с М.С. Горбачевым не осознавало всей глубины и масштабности межнациональных проблем и потому не смогло адекватно на них прореагировать. В этих суждениях много справедливого, но утверждать, что М.С. Горбачев и его соратники совсем уж не видели этих проблем, было бы неточно. Изначальное отношение М.С. Горбачева к межнациональным проблемам все же существовало и заключалось в его постулате о том, что этнонационализм не только отвлекает от решения насущных социальных проблем, но и противостоит ему. По мере развертывания перестройки советский лидер стремился к созданию единого рыночного пространства, регулируемого из единого центра. В его планах было существенное расширение гражданских прав, а не перенос регулирования гражданских отношений из сферы компетенции союзного центра на уровень региональной бюрократии.

М.С. Горбачев считал, что национальный вопрос во многом подогревается искусственно, что его раздувают региональные криминальные кланы вкупе со сросшимися с ними бюрократическими элементами. Здесь он, пожалуй, был недалек от истины, ибо многие представители региональной бюрократии действительно увидели в «перестроечных» реформах угрозу их положению.

Очевидно, вместе с тем, и другое: правильно зафиксировав вышеуказанное обстоятельство, М.С. Горбачев явно недооценивал действие других существенных факторов, «работавших» на нагнетание межнациональной напряженности. Это сказалось, в частности, на решениях сентябрьского
(1989 г.) Пленума ЦК КПСС, специально посвященного межнациональным отношениям. К тому времени руководству КПСС стало ясно, что традиционное массированное использование военной силы, даже подавив массовые национальные движения на окраинах, реанимирует диктатуру в центре и приводит к краху реформ (не говоря уже о новом витке конфронтации с Западом). Проблема была не в том, чтобы подавлять массовые национальные движения, а в том, чтобы направлять их в конструктивное русло. А вот этого, увы, руководству КПСС достичь не удалось.

До 1989 г. еще оставалась возможность решить назревшие проблемы территориального размежевания через проведение серии референдумов на местах, на что М.С. Горбачев, тем не менее, не пошел. Он пытался в борьбе против республиканской бюрократии опираться на автономии, говоря о расширении из прерогатив. Но пойти на кардинальное изменение их статуса он опять-таки не решился, чем и вызвал недоверие уже и с их стороны. Конечно, в условиях обострения межнациональных отношений последствия принимаемых кардинальных решений были непредсказуемы, но не принятие назревших решений, как показала практика, вела к еще большему негативу. Ошибки, допущенные в период перестройки, нуждаются в скрупулезном анализе, ибо их повторение в современных условиях демократизирующейся России может привести к не менее тяжелым последствиям.







 

Рис. 1 Обострение межнациональных отношений в период перестройки.

 

 

 

 

 

 

ПРИЧИНЫ ОБОСТРЕНИЯ МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ


          Прежде чем говорить о  причинах  обострения  межнациональных отношений в бывшем СССР и в самой России,  являющихся в настоящее время одним из  главных  источников  соци­альной  напряженности  в стране, закономерно поставить вопрос о том, что в действительнос­ти представляли из себя находящиеся на территории СССР этнические группы, какой характер но­сила проводимая в стране национальная политика. Оба эти вопроса теснейшим образом взаимо­связаны, ибо ошибки в национальной политике КПСС во многом предопределили ис­кусствен­ный и в значительной мере насильственный процесс формиро­вания наций и народно­стей в СССР. Отметим два наиболее существен­ных обстоятельства, обусловивших обострение нацио­нально-этнических отношений.

          1) На протяжении многих десятилетий в стране происходил про­цесс огосударствления наций, они создавались без учета реальных потребностей и интересов людей коренной нации и  национальных меньшинств. Искусственно выделялись такие административно-госу­дарст­венные единицы как союзные и автономные республики, нацио­нальные округа и области. Не существо­вало четких и ясных критериев, по мимо идеологических, которые давали бы возможность, нап­ример, провести строгое разграничение между союзными и автономны­ми республиками. Раз­личные национально-этни­ческие общности в за­висимости от политического и администра­тивно-территориального ста­туса наделялись различными правами, степенью экономической са­мостоятельности. Как отме­чает С.Кордонский, нации были превращены в "социально-учетные группы" наряду с  другими  элементами  госу­дарственной политики, а руководители националь­ных республик долж­ны были регулярно докладывать о своих достижениях в области  эко­номики, культуры, грамотности и других показателях. Реальный про­цесс развития наций подме­нялся социально-статистическими показа­телями "расцвета и сближения наций" (Кордонский С.Г.  Нации как государственные ин­ституты).

          Искусственное вторжение  государства  в процесс национальных отношений с самыми благими намерениями,  за  которыми  скрывались идеологические догмы КПСС о создании бес­классового общества и построении коммунизма в СССР, на практике принимало форму на­силь­ственного окультуривания. Фактически такая поли­тика означала консервацию прежнего до­революционного уровня разви­тия наций и отно­шений между различными этническими группами,  хотя развивались эти отно­шения в новых ус­ловиях.

          Таким образом,  есть основания полагать,  что нации  в  СССР рассматривались государ­ственно-бюрократическим аппаратом управле­ния не как подлинные этнические общности с  присущими  им  социо­культурными особенностями, различной степенью развития националь­ного самосознания,  культурной самобытностью и др., а как искусс­твенно сформированные по идеологическим критериям социальные общ­ности,  развитие которых осуществлялось и направ­лялось  идеологи­ческими  установками.  Иными словами,  национальный вопрос не был решен в СССР вопреки официально пропагандируемым лозунгам о расц­вете и сближении наций. При­чины этого кроются не только в автори­тарно-бюрократическом стиле управления страной, но еще в том, что та  модель  социализма,  которая  существовала в СССР,  не смогла удовлетвори­тельно решить социально-экономические  проблемы,  связанные с обеспечением населения на­ционально-территориальных обра­зований высоким и стабильным уровнем жизни,  устойчивым  социаль­но-экономическим ростом.  Именно устойчивый социально-экономичес­кий прогресс и сопровождающий его высокий уровень и качество жиз­ни  способствовали успешному решению национально-этнических проб­лем в капиталистических странах на протяжении второй поло­вины ХIХ в. и  в ХХ столетии,  что способствовало преобладанию интеграцио­нистских тенден­ций над сепаратистскими.

          «Интернационализм» как  один  из ведущих принципов марксист­ско-ленинской идеоло­гии также сыграл отрицательную роль в проведе­нии национальной политики. На практике он вел к нивелированию на­ционально-этнических различий, порождая и усиливая предрассудки, преду­беждения и недоверие одной нации по отношению к другой. Од­ним из важных свидетельств политики интернационализма и сближения наций явилось объявление русского языка в каче­стве единственного государственного языка, что автоматически вело к принижению роли на­циональных языков и культурных особенностей. Интернационализм означал вместе с тем при­оритет политических и социально-экономи­ческих отношений над национально-этническими,  тормозил процессы роста этнического самосознания,  формирование самобытной куль­туры и психологии. Хотя нельзя отрицать отдельных фактов своевременно­го оказания помощи различ­ным республикам,  как это было, например, после землетрясения в Ташкенте в 1968 г.  и в Армении в 1988 г.. В годы «перестройки»,  когда наметились признаки ослабления центра­лизо­ванной  государственно-партийной  власти  стала формироваться первая волна националисти­ческих движений в республиках Прибалти­ки, «интернационализм» стал нарицательным именем, сино­нимом «русской империи», реальным образом врага, на который сконцентри­ровались националистические страсти и эмоции.

          2) Второй большой круг проблем, повлиявших на обострение на­ционально-этнических отношений в бывшем СССР, заключается в самой природе этничности;  точнее порождаемых ею специфических  взаимо­связях личности и этни­ческой группы.  Эта проблема никогда прежде не рассматривалась всерьез ни официальной идеологией,  ни теорией марксизма-ленинизма,  считающей национальные отношения в каче­стве вторичных,  порожденных классовыми и  по­литическими  отношениями. Однако принадлежность человека к определенному классу,  или соци­альному строю и этническая принадлеж­ность – это явления  разного порядка. Принадлеж­ность к этносу связана с культурно-историче­ски­ми истоками формированиями личности, его мировоззрения, чувствами патриотизма и любви к Родине,  к окружающим его людям того же эт­носа. Поэтому этнические чувства и переживания,  связанные с ними ценностные  ориента­ции при определенных обстоятельствах могут во­зобладать над его социально-классовыми инте­ресами,  политическими установками. Подоб­ные явления чаще всего имели место в ранних пе­риодах истории,  когда «трайбализм», принад­лежность к одному роду и племени, превалировал в отношениях между различными этниче­скими группами, еще не имевшими зрелой политической организации.

          В современную эпоху этнические установки и ценности начинают преобладать в отно­шениях между различными  социальными  группами, государствами, в отношениях между лич­ностью и обществом в тех слу­чаях, когда социально-экономические и политические интересы людей по тем или иным причинам не могут быть удовлетворены,  т.е. имеют место кризисные явления в общественной жизни.  Тогда феномен  эт­ничности,  имеющий глубинные корни в на­циональной культуре и тра­дициях, обычаях, образе жизни людей, становится важнейшим интег­рирующим  фактором для людей одной национальности,  сплачивает их для достижения поли­тических и социально-экономических задач. Ины­ми словами, этничность выступает инструмен­том, противостоящим со­циально признаваемым в данном обществе критериям социальной стра­тификации, такими как доход, образование, власть и другим извест­ным фактором,  влияющим на социальную позицию людей,  их права  и привилегии.  Люди  одной  этнической  группы объе­диняются на базе своих исконных этнических ценностей для того, чтобы изменить су­ществую­щую социальную структуру, сложившуюся систему социальной стратификации, социального не­равенства.

          Среди  этнографов преобладает несколько от­личная,  хотя в основных чертах совпадаю­щая с социологической трактовкой, интерпретация причин обострения межэтнических отношений. Решающую роль в национально-этнических конфликтах  отводят  феномену  национализма,  который  в наиболее краткой форме звучит так:  «Национализм – это политический  принцип, суть которого состоит в том, что политические и национальные единицы должны совпадать». Английский философ Э.Геллнер, которому принад­лежит это определение национализма,  уточняет, что националистические чувства вызываются как раз нарушением этого принципа. «Националистическое движение – это движение,  вдохнов­ляемое чувс­твами подобного рода» (Геллнер Э.  Нации и национализм). В отечественной обществоведческой ли­тературе феномену национализма, в котором видят своеобразный дви­жущий мотор,  раскручивающий межэтнические конфликты, также отво­дится первостепенное место.

          В данном  случае национализм может быть истолкован как прин­цип межгосударственных отношений или как инструмент борьбы за по­литическую независимость определенной этниче­ской группы. Но дос­таточно очевидно, что ссылка на национализм многое не объясняет в от­ношениях между этническими группами, особенно коренной нацио­нальностью и малой на­цио­нальностью, живущих в пределах единого государственного  образования. Борьба, например,  за свои права многих этнических  групп, представляющих из себя национальные мень­шинства, в США, европейских странах, странах третьего мира не затрагивают, или, по крайней мере, в не­значительной степени, вопросов территориально-государственного устройства. На первом месте здесь вопросы изменения существующей системы социальной стратификации,  социального неравенства: получить равные права с коренной нацией или даже добиться опре­деленных при­вилегий в доступе к ма­териальным и культурным ресурсам и ценностям. Если же перейти на межгосударственный уровень, когда в политических отношениях гром­ко звучат националисти­ческие нотки,  даже в этом случае предметом борьбы выступает не столько оформле­ние новой этнической государс­твенности,  сколько скрывающееся за этим стремление перерас­преде­лить природные, социальные и культурные ресурсы в пользу своей этнической группы. Именно та­кого рода интересы этнических групп скрываются за национальными кон­фликтами в бывшем СССР и  Российс­кой  Федерации. Отсюда и стремление к национальной независимо­сти бывших республик и автономий СССР, поскольку это напрямую откры­вает  путь  к  различ­ным ресурсам,  которые прежде находились под контролем центральной власти, пар­тийно-госу­дарственного аппарата.

          В условиях обострения социально-политического, экономического и культурного кризиса СССР этнические связи и отношения,  при­вязывавшие личность к его историческим корням, Ро­дине, отечеству, обычаям, традициям, родному языку, эмоциональные чувства «естест­венной этничности» начинают преобладать над экономическими, клас­совыми и политическими интере­сами людей. Ближайшее этническое ок­ружение  личности оказывается наиболее устойчивым и поэтому в пе­риод разгула национализма «этническое сообщество» начи­нает играть первостепен­ную роль  в жизни человека.  С одной стороны, иден­тифицируя себя с определенной этниче­ской группой,  человек  чувс­твует себя более уверенным и защищенным,  в нем обостряется чув­с­тво личной активности и заинтересованности в  проблемах  развития своей общности.  Вместе с тем, «в период разгула националистических стра­стей этническое общество может поработить личность». В свою  оче­редь это ведет в де­индивидуализации человеческой личнос­ти, открывает дорогу для проявления агрессивности, разрушительных инстинктов, которые выступают психологической основой мно­гих меж­этниче­ских  конфликтов.  Старые государственные институты, социа­листическая мораль и идеология перестают быть регулятором поведе­ния человека, который руководствуется захлестнувшими его чувствами этноцентризма (моя этническая группа самая хорошая, мужественная, трудолюбивая и т.д.).

          Эмпирические социологические данные, в общем подтверждают эти теоретические рас­суждения, фиксируют рост «конфликтного потенциа­ла»  в  массовом сознании – высокую готов­ность населения участво­вать в конфликтах на стороне своей этнической группы.

          В настоящее  время  межнациональные конфликты превратились в одну из самых мощ­ных доминант социальной напряженности в  России, где еще в 1992 г. насчитывалось прибли­зительно 70 зон потенциаль­ных межнациональных конфликтов (Рукавишников В.О. и др. Со­циаль­ная напряженность:  диагноз  и  прогноз), некоторые из которых  на данный момент привели к человеческим жертвам, а в Чечне - даже к крупномасштабным военным действиям.

          Существует весьма распространенная точка зрения, что межна­циональные конф­ликты,  происходящие на территории бывшего СССР, могут с такой же интен­сивностью  проявиться и в межэтнических отношениях на терри­тории России (Солодухин Ю.  Грозит ли Российской Федерации участь Советского Союза?). Дей­стви­тельно, эти конф­ликты не обошли стороной и Россию, но в большей мере проявились они именно в странах ближнего зарубежья.  Нельзя обойти молчанием и тот факт, что негативные последствия национальной политики КПСС больше  всего  сказались  именно на русской нации:  выполняя роль главной,  ведущей нации, будучи «оплотом интернационализма» русс­кий народ не смог в достаточной мере выработать национального са­мосознания, утратил многие прежние национально-культурные особен­ности. Процесс восстановления самобытной русской культуры начался лишь в самые последние годы,  когда пресса заговорила о  «русской идее» и глубинных корнях отечественной культуры.

          Выполняя роль «народа-интернационалиста», Россия  да­вала возможность проживания на своей терри­тории представителям всех других этнических групп. В Москве, нап­ример, как и в большинстве крупных городов мира, про­живают представители почти всех национальностей. Наряду с этим за пределами Россий­ской Федерации до по­след­него времени проживало примерно 55 млн. чел. (сейчас цифра уменьшилась в связи с уси­лением миграции русского населения из бывших  республик), особенно велика была доля русского насе­ления в республиках Прибалтики, в Казахстане,  Бело­руссии, на Украине и др. Одна из самых актуальных проблем в связи с этим - положением русского населения в бывших респуб­ликах СССР, где, как уже  отмечалось,  очень сильны тенденции этноцентризма и рост национа­листи­ческих настроений. Можно выделить основные тенденции этих отношений.

          Во-первых, это утрата прежнего достаточно высокого статуса русской нации. Правитель­ства некоторых новых национальных госу­дарств открыто проводят политику выживания пред­ставителей русской этнической  группы,  лишая  их  политических  и гражданских прав. Русским теперь приходится довольствоваться статусом  национальных меньшинств,  они выну­ждены бороться за свои социально-экономичес­кие права, отстаивать интересы своей этниче­ской группы в экономи­ке,  политике, культуре. Несмотря на поддержку правительства Рос­сии, многие русские вынуждены мигрировать из Эстонии, Литвы, Лат­вии, Украины и др..

          Вторая проблема связана с ростом сепаратистских тенденций на территориях России.  Ряд крупных республик, таких как Башкирия, Татарстан, Якутия, Бурятия, заявили о создании собственной госу­дарственности и, не ставя вопрос о выходе из Российской Федерации, вместе с тем,  проводят линию на расширение своих прав в  хозяйс­твенных, финансовых, социальных  областях и внешнеэкономической деятельности. Однако высокая доля русского населения во  многих республиках,  его  культурная  интеграция  с местными этническими группами, входя­щими в состав Российской Федерации, служит серьез­ным противовесом сепаратистским тен­денциям.

 

 

 

 

 

 

 

 

Список  использованной литературы

 

1. Бабаков В.Г. Межнациональные  противоречия  и  конфликты  в  России» //     

    Социально- политический  журнал.  1994, №8, стр. 16-30

2. Здравомыслов А.Г. Межнациональные  конфликты  в  России//

    Общественные  науки  и  современность.  1996, №2, стр. 153- 164                         3.Комоцкая В.Д. Фактор  политической  культуры  в  межэтнических 

   конфликтах  на  территории  бывшего  СССР. М., 1998

4.Морозова  Л.А. Национальные  аспекты  развития  российской 

  государственности// Государство  и  право.  1995, №12, стр. 11-18

5.Шарафулин  М.М. Межнациональные  конфликты: причины, типология,

   пути  решения// Проблемы  образования, науки  и  культуры. М., 2006,    

  Политика  и  международные  отношения. Выпуск 20.

6. Шутов А.Д. Коренные  этносы  Балтии  и  русские: общие  интересы//

   М.,Социс. 1996, №9 стр. 113-116

 




Реклама
В соцсетях
скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты