Структура и функции политической системы

Поскольку существование и деятельность полити­ческих институтов связаны только с присущими им функциями, ролями и нормами, то они приобретают относительную самостоятельность в рамках системы. Таковы, например, свойства политических и идео­логических аппаратов власти. Истории, в том числе отечественной, известны случаи, когда аппараты воз­вышались над государством, партиями и превраща­лись в господствующую над ними бюрократическую силу. Преждевременно говорить, что такая тенденция сегодня искоренена в нашей стране. Демократи­ческие вывески над новыми аппаратами еще не означают коренного изменения содержания их деятельности а взаимоотношения с государством и обществом.

Ядро политической системы – государство. Госу­дарство выступает орудием политического господствa определенного класса (или классов) и управления обществом. Но это лишь одна из концепции современной политической науки. Причем не следует ее упрощать. К. Маркс, как известно, подчеркивал, "что государство в обществе с классово-антагонистичес­кой структурой решает задачи двоякого рода: «вы­полнение общих дел, вытекающих из природы вся­кого общества, и специфические функции, вытекающее из противоположности между правительствами народными массами»[8].

Государство – многофункциональный институт. Это относительно самостоятельная подсистема публичной власти и управления обществом, включающая совокупность иерархически взаимосвязанных и взаимодополняющих институтов, структур. В их чис­ле: институты законодательной, исполнительной и судебной властей, правовая система, государствен­ная администрация, органы представительной и ис­полнительной власти на региональных уровнях и, наконец, институты местного самоуправления.

Являясь институциональным механизмом выра­жения всеобщих интересов или же интересов господ­ствующих классов, государство тем не менее, как правило, не берет на себя функцию артикуляции групповых интересов различных слоев населения. Представление их в политическом процессе осущес­твляют другие организации: политические партии и иные общественно-политические объединения, кото­рые поэтому и входят в политическую систему. При­чем сюда относятся также оппозиционные партии и организации. Включение последних в систему озна­чает факт институционализации социально-полити­ческих конфликтов и свидетельствует о демократич­ности общества.

Бытие государственных и иных политических институтов невозможно без их легитимации. Легитимационная система – неотъемлемая сторона по­литической системы как целого. Независимо от того, на какой основе она построена (общей воле народа, господстве большинства, консенсусе, идеологии, тра­диции и т. п.), в любом варианте легитимация не­разрывно связана с нормативно-правовой подсисте­мой и вместе с нею как бы цементирует всю полити­ческую систему, придает ей качественную специфи­ку. В свою очередь нормативно-правовая подсистема обеспечивает реальное функционирование политичес­ких и общественных институтов власти и управле­ния. Ее характер зависит от того, какова социальная основа институтов, кто правит в данном обществе, а сама эта подсистема определяет то, как правят, ка­ким образом осуществляется власть. Отсюда особен­ности основных методов деятельности политических институтов. Они могут базироваться на прямом на­силии или же на угрозе применения принуждения, действовать посредством привития членам сообществ навыков к сотрудничеству и согласию, а также пу­тем применения вознаграждения и наказания.

Свойства политической системы, связанные как со способом ее фактического действия в данном обществе, так и с субъективной ориентацией на нее членов общества, составляет политическую культу­ру. Специфика этого элемента – в его интегриро­ванности во все другие компоненты системы, способ­ности быть своеобразным человеческим (субъектив­ным) критерием прогрессивности политического об­щества в целом.

Что касается коммуникативной подсистемы, то без нее политическая система не может ни существовать, ни функционировать уже только потому, что она суть институционализация совместной деятельности людей, их общественных отношений.

Отмеченные элементы политической системы при­обретают свою специфическую конкретизацию в за­висимости от типа системы и политических режи­мов. Неодинаков и конкретный набор элементов в различных обществах. Так, в ряде стран одним из главных элементов политической жизни выступают религиозные учреждения (Иран, Саудовская Аравия,  Пакистан). В развитых же капиталистических стра­нах церковь, как известно, отделена от государства и не играет существенной роли в политике. Качест­венно отличается от других политическая система в странах, где господствует одна идеология и полити­ческая партия.

Функции политических институтов выявляются и реализуются в их взаимосвязях. Последние под­разделяются на вертикальные и горизонтальные. Первые означают следование одних институтов пред­писаниям других (скажем, местных органов власти центральному правительству страны). Централиза­ция власти всегда основана на вертикальных связях. Вторые (горизонтальные связи) характеризуются взаимодействием институтов как равнозначных в политической системе, равноправных по своим властным функциям. Без них не осуществима децентрализация власти и управления.

Институциональные взаимосвязи динамичны, ре­ализуются и воспроизводятся в форме живых проти­воречий, в чем, собственно, выражается диалектика политической власти и относительная самостоятель­ность институтов. Вертикальные связи имеют тен­денцию к доминированию над горизонтальными, поскольку власти присуще свойство централизации и концентрации. Правящие и оппозиционные инсти­туты, системные и внесистемные организации, по­литические, властные и общественные учреждения, государственно-правовые и традиционные нормы – все они и в структурно-организационном и в фун­кциональном планах выступают как взаимодейству­ющие противоположности. И могут быть объективно осмыслены лишь в контексте анализа реальных про­тиворечий политической системы. Рассматривая, скажем, институты законодательной, исполнитель­ной и судебной властей, надо иметь в виду их естест­венную, сущностную противоречивость. Политичес­кая история стран мира свидетельствует о постоян­ном соперничестве субъектов законодательной и ис­полнительной властей, о стремлении второй занять господствующее положение в системе.

Политическая система, будучи организованной совокупностью взаимодействующих политических субъектов, вся соткана из политических действий и отношений. Вот почему ни то, ни другое не имеет смысла рассматривать в качестве каких-то отдель­ных элементов системы. В единстве политические действия и политические отношения образуют само содержание системы. И действительно, социальные институты – это организованные формы функцио­нирования политических отношений. Политические и правовые нормы опять-таки фиксируют образцы взаимосвязей и взаимодействий политических субъ­ектов. Феномены политической культуры аккумули­руют накопленный и интернализованный субъекта­ми политический опыт, в том числе властеотношений. Словом, какой бы структурный элемент системы мы ни взяли, во всех случаях сталкиваемся с  одной и той же материей – политическими отноше­ниями. И всюду их стержнем выступает власть, борьба за власть или участие в ней, отрицание существующей власти или обеспечение ее стабильного фун­кционирования.

Политические отношения властвования выступа­ют в определенном аспекте как господство одних  групп людей над другими. До сих пор в истории общества господство оставалось объективным законом политической жизни. Право одних властвовать над  другими в явном или скрытом виде было не исклю­чением, а правилом. Социалистические революции поначалу возвестили миру о кончине отношений по­литического господства в обществе. Но затем они вновь возродились в лике партийно-государственной бюрократии. Антиподом господства являются идеа­лы демократии. Идеалы, но не деформированная де­мократическая реальность с ее принципом безогово­рочного подчинения меньшинства большинству, с неизменной тенденцией перерастания в фактическое господство меньшинства над большинством или же, что не менее опасно для свободы, в диктатуру большинства по отношению к личности.

   Сказанное не следует понимать в том смысле, что политические отношения в любой их модификации однозначны господству. Да, власть – это подчине­ние, однако не всякое подчинение тождественно повиновению как атрибуту господства. Властеотношение, основанное на легальной (правовой) легитимации, влечет узаконенное принуждение, вплоть до угрозы физического насилия. Вместе с тем властво­вание, базирующееся на идеологической или струк­турно-организационной легитимации, предполагает в первую очередь осознанную убежденность людей в его правомочности. В первом случае властные поли­тические отношения являются не чем иным как гос­подством. А во втором – прежде всего отношениями добровольного признания массами политической системы и поддержки ее институтов.

Политическая система демократического типа ха­рактеризуется такой легитимностью, которая пред­полагает и отношения господства и отношения со­трудничества, добровольного признания авторитета власти как необходимого условия осуществления прав и свобод человека.

Первенство господства в политических отношени­ях сохраняется до тех пор, пока не исчезнут его источ­ники в социально-экономическом бытии: асимметрич­ность общественных отношений, социальная диффе­ренциация людей, необходимость выделения из общес­тва особых групп людей для выполнения властных функций, связанных с управлением общими делами, и возможность использования этих функций для при­своения привилегированных общественных статусов.

Доминирование отношений господства в полити­ческой жизни не является критерием качественного различия систем. Все дело в том, какой тип господ­ства: легитимный или нелегитимный, основанный на системе всеобъемлющих прав или на авторитете пра­вителей, на признанных большинством общества цен­ностях или же ценностях, навязанных ему меньшин­ством – элитой, партией, власть предержащими. От типа господства зависит устойчивость политических систем, их жизненность. Драматический опыт совет­ской модели политических отношений продемонстри­ровал ущербность, неспособность к самореформиро­ванию и адаптации системы, базирующейся главным образом на господстве одной партийной олигархии и идеологической легитимации власти. Хотя изначаль­но по своей объективной природе данная система утверждалась как форма институализации интере­сов большинства и взаимопомощи.

4. РОЛЬ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ И ЦЕРКВИ В ПОЛИТИКЕ.

 

Функционирование политических организаций предполагает их систематическую деятельность через принадлежащие им сред­ства массовой информации, активное участие в политической жизни общества, подзаконность, выражающуюся в регистрации всех поли­тических организаций и возможности государственных органов осу­ществлять необходимый контроль за их деятельностью.

Такие элементы политической организации общества как го­сударство, партии, общественные организации будут подробно рас­смотрены в последующих темах.

Остановимся на характеристике таких неполитических по своей природе социальных институтов, как средства массовой ин­формации и церковь, занимающих довольно специфическое место в политической системе.

Средства массовой информации (СМИ) – это сложный ин­ститут, который состоит из множества органов и элементов, пред­назначенных для информирования населения о происходящих в каждой конкретной стране и во всем мире событиях и явлениях[9].

СМИ иногда называют «четвертой властью», подразумевая под тремя другими – законодательную, исполнительную и судеб­ную. Их политическая роль обусловлена прежде всего тем, что они являются достаточно самостоятельным предприятием по производ­ству политической информации, формируют общественное мнение, оказывают влияние на все политические процессы, способствуют политическому просвещению широких слоев населения.

Страницы: 1, 2, 3, 4



Реклама
В соцсетях
скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты