Хосе Ортего-и-Гассет Восстание масс

проявлялось в реальной политике.

Без сомнения тот или иной элемент страсти присущ и современной политике,

но, за исключением периодов переворотов и гражданских войн,

непосредственные проявления страсти встречают ныне гораздо больше

препятствий: сложный механизм общественной жизни сотнями способов

удерживает страсть в жестких границах. В XV в. Внезапные эффекты вторгаются

в политическую жизнь в таких масштабах, что польза и разум все время

отодвигаются в сторону. Однако вплоть до конца XVIII века все эти эффекты

носят достаточно частной, локальный характер.

На рубежу XVIII—XIX веков ситуация изменилась кардинально. Промышленная

революция и начавшаяся урбанизация привели к появлению массовых профессий

и, соответственно, к массовому распространению ограниченного числа образов

жизни. Снижение доли ремесленничества и нарастающее укрупнение производства

неизбежно вели к деиндивидуализации человека, к типизации его психики,

сознания и поведения. Разрастание крупных городов и усиление миграции в них

людей из аграрных провинций с разных концов той или иной страны, а подчас и

сопредельных стран, вели к смешению национально-этнических групп,

постепенно размывая психологические границы между ними. В то же время,

большие социально-профессиоцальные группы еще только формировались.

Соответственно, шла стихийная крупномасштабная социальная реформа,

первоначальный этап которой как раз и характеризовался деструктуризацией

привычных психологических типов и появлением новых, еще

неструктурированных, и потому размытых «неклассических» форм общественного

сознания. Так стало очевидным появление принципиально нового явления,

которым, соответственно, и занялась наука.

Формально словосочетание «массовое сознание» стало встречаться в научной

литературе начиная с середины XIX века. Особенно, оно распространилось к

концу данного столетия, хотя носило еще описательный, скорее образный

характер, в основном лишь подчеркивая масштабы проявлявшихся

психологических явлений. До этого вообще преобладало обобщенное понятие

психологии масс. Считающиеся классическими труды Г.Тарда, Г.Лебона,

Ш.Сигеле и В.МакДугала, появившиеся на рубеже XIX-XX веков и посвященные

отдельным конкретным проявлениям психологии масс (прежде всего, психологии

толпы), носили общесоциологический и, скорее, научно-публицистический, чем

аналитический характер.

Более или менее определенное употребление понятия «массовое сознание» в

качестве специального научного термина началось лишь в 20-30-е гг. XX

столетия, хотя и тогда это долгое время оставалось на уровне беглых

упоминаний и несопоставимых между собой, крайне многообразных трактовок.

Затем вообще наступила серьезная пауза в исследованиях. В западной науке

это определялось тем, что массовая психология как таковая стала исчезать:

общество структурировалось, а культ «свободного индивида» предопределял

доминирование индивидуальной психологии. Массы как бы «рассыпались». С

исчезновением же феномена исчезли и попытки его изучения.

В итоге, западные исследователи не смогли договориться о смысле

центрального понятия «массы», лежащего в основе исследования массового

сознания. По оценке Д.Белла, в западной науке сложилось, как минимум, пять

различных его интерпретаций. В одних случаях под массой понималось

«недифференцированаз множество», типа совершенно гетерогенной аудитории

средств массовой информации в противовес иным, более гомогенным сегментам

общества (Г.Блумер). В других случаях— «суждение некомпетентных», низкое

качество современной цивилизации, являющееся результатом ослабления

руководящих позиций просвещенной элиты (Х.Ортега-и-Гасет). В третьих —

«механизированное общество», в котором человек является придатком машины,

дегуманизированным элементом «суммы социальных технологий» (Ф.Г. Юнгер). В

четвертых, «бюрократическое общество», отличающееся широко расчлененной

организацией, в которой принятие решений допускается исключительно на

высших этажах иерархии (Г. Зиммель, М. Вебер, К. Манн-гейм). В пятых, —

«толпа», общество, характеризующееся отсутствием различий, однообразием,

бесцельностью, отчуждением, недостатком интеграции (Э. Ледерер, X. Арендт).

В советской науке сложилось иное, хотя отчасти и аналогичное положение.

Структурирование общества по социально-классовому основанию привело к

абсолютизации роли классовой психологии. Она подменила собой и массовое, и

индивидуальное сознание. Соответственно, и здесь массовая психология как

таковая исчезла — по крайней мере, из поля зрения исследователей.

Во второй половине 60-х гг. XX столетия данное понятие пережило

своеобразное второе рождение в советском обществознании, хотя это был

кратковременный период. Лишь начиная со второй половины 80-х гг. можно

отметить новый прилив исследовательского интереса к массовому сознанию. Но

до сих пор недостаточное внимание к данному феномену объясняется как

минимум двумя причинами. Во-первых, объективные трудности изучения

массового сознания. Они связаны с самой его природой и свойствами, плохо

поддающимися фиксации и описанию, что делает их трудноуловимыми с точки

зрения строгих операциональных определений. Во-вторых, трудности

субъективного характера, прежде всего в отечественной науке, до сих пор

связаны с доминированием догматизированных социально-классовых

представлений, а также недостаточной азработаностью терминологического

аппарата, что продолжает сказываться.

В итоге, как в зарубежной, так и отечественной научной литературе,

посвященной различным сторонам явления массовизации психики и массовой

психологии в целом, до сих пор нет крупных работ, в которых специально

рассматривалась бы психология массового сознания. Бытующие ныне в науке

взгляды можно объединить в два основных варианта.

С одной стороны, массовое сознание — конкретный вариант, ипостась

общественного сознания, заметно проявляющаяся лишь в бурные, динамичные

периоды развития общества. В такие периоды у общества обычно нет интереса к

научным исследованиям. В обычные же, стабильные периоды развития массовое

сознание функционирует на мало заметном, обыденном уровне. При этом

существенно, что оно может одновременно включать в себя отдельные

компоненты разных типов сознания. Например, сознание классических групп

социально-профессионального характера, составляющих собой социальную

структуру общества (что обычно имеет приоритетный характер и в первую

очередь фиксируется теоретиками). Может оно включать и некоторые иные типы

сознания, присущие специфическим множествам индивидов, объединяющим

представителей различных групп, но, в то же время, не имеющим отчетливо

группового характера. Обычно это фигурирует как обыденное сознание, не

имеющее четкой социальной отнесенности — например, «сознание» очереди за

дефицитным товаром в условиях «развитого социалистического общества».

Согласно данной точки зрения, проявления массового сознания носят в

значительной мере случайный, побочный характер и выступают в качестве

признаков временного, несущественного стихийного варианта развития.

С другой стороны, массовое сознание рассматривается как достаточно

самостоятельный феномен. Тогда это сознание вполне определенного

социального носителя («массы»). Оно сосуществует в обществе наряду с

сознанием классических групп. Возникает оно как отражение, переживание и

осознание действующих в значительных социальных масштабах обстоятельств, в

том или ином отношении общих для членов разных социальных групп,

оказывающихся тем самым в сходных жизненных условиях, и уравнивающих их в

том или ином плане. Согласно данной логике, массовое сознание оказывается

более глубинным образованием, отражением действительности «первичного

порядка», которое лишь потом обретает необходимые психологические признаки

социальной определенности.

§2. История и причины феномена масс, массы и элита.

Исследую вопрос возникновения феномена масс, Ортега подробно анализирует

европейскую историю. Так он постепенно приходит к выводу, что массовое

общество и поведение – закономерный результат развития западной

цивилизации.

Собственно примеров массового поведения даже в древней истории немало. Даже

город с самого начала сам по себе был местом сборища масс. Начинался он с

пустого места – с площади, рынка, агоры в Греции, форума в Риме; все

остальное – было лишь придатком, необходимым для ограждения этой пустоты.

Первоначальный “полис” был не скоплением жилых домов, а прежде всего местом

народных собраний, то есть специальным пространством для выполнения

общественных функций. “Город не возник, подобно хижине или дому, чтобы

укрыться от непогоды растить детей и для прочих личных и семейных дел.

Город предназначен для вершения дел общественных”[4]. Характерный пример

массового поведения в Риме – бои гладиаторов, собиравшие огромные толпы

людей, желавших посмотреть на эти “экстремальные” побоища (бои, говоря

современным языком социологии, стали предметом “престижного потребления”).

Рассматривая предтечи современной цивилизации, Ортега утверждает, что в

основе ее лежит XIX век, успех которого слагается из двух крупных

элементов: либеральной демократии и техники. Все это заключается в одном

слове “цивилизация”, смысл которого раскрывается в его происхождении от

слова civis – то есть гражданин, член общества. Все достижения цивилизации

тогда служат тому, чтобы сделать общественную жизнь возможно более легкой и

приятной. Если мы вдумаемся в эти основные элементы цивилизации, мы

заметим, что у них одна и та же основа – спонтанное и все растущее желание

каждого гражданина считаться со всеми остальными.

Хосе Ортега исследует в динамике изменение представлений усредненного

человека о жизни и ее благах. Человек XIX века ощущал в жизни растущее

общее материальное улучшение. Никогда раньше до этого средний человек не

решал своих экономических проблем с такой легкостью. Наследственные богачи

относительно беднели, индустриальные рабочие обращались в пролетариев, а

люди среднего калибра с каждым днем расширяли свой экономический горизонт.

Каждый день вносил что-то новое и обогащал жизненный стандарт. С каждым

днем положение укреплялось, независимость росла. То, что раньше считалось

бы особой милостью судьбы и вызывало умиленную благодарность, стало

Страницы: 1, 2, 3



Реклама
В соцсетях
скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты