Александр I
p> Полицейские донесения австрийскому канцлеру Мет-терниху во время
Венского конгресса 1815 г., куда съехались монархи-победители над
Наполеоном вершить судьбы Европы, пестрят сообщениями о волокитстве русского царя. Но надо сказать, что “игра в любовь” у Александра подчинялась дипломатической интриге. В салонах велась закулисная дипломатическая игра, тон в которой задавали Александр, сам Меттерних и французский министр иностранных дел Талейран.

Несколько слов о внешнем облике и некоторых чертах повседневной бытовой жизни Александра I. Сохранилось немало его портретов, на которых он изображен высоким и стройным молодым человеком, розовощеким и голубоглазым, с приятной улыбкой. Хотя придворные художники, несомненно, идеализировали облик Александра, но, судя по рассказам современников, основные черты его переданы верно. Наиболее близким к натуре считается портрет, написанный знаменитым английским художником Джорджем Доу. Здесь изображен задумавшийся мужчина средних лет с небольшими бакенбардами и сильно поредевшими волосами. С юности Александр был близорук, но предпочитал пользоваться не очками, а лорнетом; был глух на левое ухо, поврежденное еще в детстве, когда во время стрельбы он оказался рядом с артиллерийской батареей. С юности закаливал свое здоровье, ежедневно принимая холодные ванны. В повседневном быту сам он жил относительно скромно. С весны до глубокой осени обычно проживал в
Царском Селе, занимая там малые комнаты дворца. Ранним утром, в любую погоду прогуливался он по Царскосельскому парку. С 1816 г. постоянным спутником его прогулок стал Карамзин. Император и придворный историограф беседовали по самым острым политическим вопросам, при этом Карамзин смело высказывал о них свои суждения. Зимой император переезжал в Петербург, где по утрам бывал на разводе караула и воинских экзерцициях, затем принимал с докладами министров и управляющих.

В первые годы царствования он редко покидал Царское Село или Петербург.
Частые и продолжительные разъезды приходятся в основном на последние 10 лет его царствования. Подсчитано, что за это время им было проделано более 200 тыс. верст пути. Он путешествовал на Север и на Юг России, бывал на Урале,
Средней и Нижней Волге, в Финляндии, Варшаве, ездил в Лондон, несколько раз в Париж, Вену, Берлин, посетил ряд других городов Западной Европы.

В манифесте 12 марта 1801 г. Александр I объявил, что будет управлять
“Богом врученным” ему народом “по законам и по сердцу в Бозе почивающей августейшей бабки нашей государыни Екатерины Великия”, тем самым подчеркнув приверженность политическому курсу этой императрицы, много сделавшей для расширения дворянских привилегий. Он начал с того, что восстановил отмененные Павлом I “Жалованные грамоты” дворянству и городам (1785), дворянские выборные корпоративные органы — уездные и губернские дворянские собрания, освободил дворян и духовенство от телесных наказаний (которые ввел Павел), объявил амнистию всем бежавшим за границу от павловских репрессий, вернул из ссылки до 12 тыс. опальных или репрессированных Павлом по политическим и иным мотивам чиновников и военных. Среди них значились возвращенный еще Павлом I из Сибири, но находившийся в ссылке в Калужской губернии “бывший коллежский советник Радищев” и сосланный в Кострому за участие в тайном политическом кружке “артиллерии подполковник Ермолов”.

Были отменены и другие раздражавшие дворянство павловские указы, вроде запрета носить круглые французские шляпы, выписывать иностранные газеты и журналы, выезжать за границу. В городах исчезли виселицы, к коим прибивали доски с именами опальных. Была объявлена свобода торговли, поведено распечатать частные типографии и дозволить их владельцам издавать книги и журналы. Была упразднена вселявшая страх Тайная экспедиция, занимавшаяся сыском и расправой. Пока это были еще не реформы, а отмена наиболее тиранических распоряжений Павла I, вызывавших всеобщее недовольство, но влияние этих мер на умы было исключительно велико и породило надежды на дальнейшие перемены. В серьезность реформаторских намерений Александра I верили не только в России: даже американский президент Томас Джефферсон полагал, что новый русский царь всерьез готовится к реформам.

Хотя в манифесте о восшествии на престол Александр I и подчеркивал преемственность своего правления с царствованием Екатерины, однако его правление не было ни возвратом к “золотому веку” Екатерины, ни полным отказом от политики, проводимой Павлом. Александр не любил, когда ему напоминали о царствовании бабки, и недружелюбно относился к екатерининским вельможам, на многое претендовавшим. Демонстративно подчеркивая свое отрицание характера и методов павловского правления, он воспринял много черт его царствования, причем в главной его направленности — к дальнейшей бюрократизации управления, к укреплению самовластья. Да и сами “гатчинские привычки” (приверженность к воинской муштре) глубоко укоренились в нем, любовь к парадам и разводам осталась у него на всю жизнь. По натуре
Александр I не был реформатором. К такому заключению пришел и весьма осведомленный его биограф великий князь Николай Михайлович Романов:
“Император Александр никогда не был реформатором, а в первые годы царствования он был консерватором более всех окружавших его советников”.

Однако Александр не мог не считаться с “духом времени”, в первую очередь с влиянием идей французской революции, и даже в какой-то мере использовал эти идеи в своих интересах. Любопытно его заявление: “Самое могучее оружие, каким пользовались французы и которым они еще грозят всем странам, это общее убеждение, которое они сумели распространить, что их дело есть дело свободы и счастья народов, поэтому “истинный интерес законных властей требует, чтобы они вырвали из рук французов это страшное оружие и, завладевши им, воспользовались им против их самих”. В русле этих намерений и следует рассматривать широковещательные демагогические заявления царя (особенно за границей) о его стремлении к преобразованиям, к обеспечению “свободы и счастья народов”, о намерении отменить в России крепостное право и ввести “законно-свободные' учреждения”, т. е. конституционные порядки.

По сути дела Александр I стремился, не меняя основного направления политики Екатерины II и Павла I, к укреплению абсолютизма, найти способы укрепления своей власти, которые соответствовали бы “духу времени”. В этом и заключалась суть его заигрывания с либерализмом, присущего, впрочем, не только Александру I, но и другим российским монархам. Однако он не чуждался, особенно в годы его откровенно реакционного политического курса, применять и “палаческие методы управления”. Одна из характерных черт российского самодержавия — его умение, в зависимости от конкретной обстановки, проводить гибкую политику, идти на уступки, приспосабливаться к новым явлениям и процессам в стране и использовать их в интересах укрепления своих позиций. В значительной мере этим и объясняются относительная самостоятельность, сила и живучесть российского самодержавия.

Вступая на престол, Александр I публично и торжественно провозгласил, что отныне в основе политики будет не личная воля или каприз монарха, а строгое соблюдение законов. В манифесте от 2 апреля 1801 г. об уничтожении
Тайной экспедиции говорилось, что отныне положен “надежный оплот злоупотреблению”, что “в благоустроенном государстве все преступления должны быть объемлемы, судимы и наказуемы общею силою закона”. При каждом удобном случае Александр любил говорить о приоритете законности. Населению были обещаны правовые гарантии от произвола.

Все эти заявления имели большой общественный резонанс. Идея законности, утверждения “власти закона” была главнейшей у представителей различных направлений общественной мысли: Сперанского, Карамзина, декабристов,
Пушкина (наиболее четко выражена эта идея в его оде “Вольность”). Для разработки плана преобразований царь привлек своих “молодых друзей”
Строганова, Кочубея, Чарторыйского и Новосильцева, которые и составили его
“интимный кружок” или “Негласный комитет”. Хотя комитет и назывался
“негласным”, но о нем знали и говорили многие. Впрочем, и сам Александр не делал из него тайны, опираясь на него в борьбе с сановной оппозицией.
“Молодые друзья”, однако, уже оставили былые республиканские увлечения и придерживались весьма умеренных взглядов, были осторожны в своих проектах и предположениях и, строя планы реформы государственного управления, рассуждая о необходимости издать “Жалованную грамоту народу”, тем не менее исходили из незыблемости основ абсолютизма и сохранения крепостничества.

С июня 1801 по май 1802 г. комитет собирался 35 раз, но в 1803 г. после всего дишь четырех заседаний был закрыт. Александр I уже прочно чувствовал себя на троне, и не было нужды в либеральных разговорах. Хотя все дело и ограничивалось по существу этими разговорами, но они пугали аристократию екатерининских времен, окрестившую комитет “якобинской шайкой” (слова поэта
Г. Р. Державина). Повод к такому нелестному эпитету подал и сам царь, в шутку называвший свой “интимный комитет” “Комитетом общественного спасения”
(так назывался один из комитетов французского Конвента в период якобинской диктатуры под главенством М. Робеспьера).

“Дух времени” выразился в проведенных Александром мерах, хотя и второстепенных, по такому жгучему вопросу, как крестьянский. С самого начала новый царь без какого-либо специального указа или манифеста прекратил раздачу крестьян в частные руки. Уже во время коронации в сентябре 1801 г. таких раздач не последовало (вопреки сложившейся
“традиции”) “к великому огорчению многих жаждавших сего отличия”. Когда один из сановников (герцог Александр Виртембергский, родственник царя) в
1802 г. обратился к Александру I с просьбой о пожаловании ему имения, царь ответил: “Русские крестьяне большею частию принадлежат помещикам; считаю излишним доказывать унижение и бедствие такого состояния, и потому я дал обет не увеличивать число этих несчастных и принял за правило не давать никому в собственность крестьян”.

Это отнюдь не означало, что казенные крестьяне были вполне гарантированы от перевода их на положение крепостных. В 1810 — 1817 гг. в связи с тяжелым финансовым положением империи было продано в частные руки свыше 10 тыс. душ мужского пола крестьян; широко практиковалась сдача казенных крестьян в аренду частным лицам в Белоруссии и на Правобережной
Украине (к концу царствования Александра в аренде там числилось 350 тыс. душ). Казенных крестьян закрепощали и другими путями: например, переводили в удельное ведомство (в разряд удельных крестьян, принадлежавших царской фамилии), приписывали к казенным заводам и фабрикам, наконец обращали в создаваемые при Александре I военные поселения (последнее бьыо худшим видом крепостной зависимости, о чем будет сказано ниже).

О характере мер к смягчению крепостной зависимости крестьян можно судить и по указу 1801 г. о запрещении публиковать объявления о продаже крепостных “без земли” (“на своз”), хотя практика таковой продажи не запрещалась: в публикуемых в официальных изданиях объявлениях теперь сообщалось, что такой-то крестьянин или крестьянка не “продается”, а
“отдается внаймы”. Указами 1808 — 1809 гг. помещикам запрещалось продавать крестьян на ярмарках “в розницу” (“с раздроблением семейств”, т. е. отдельно мужа от жены и детей от родителей), ссылать крестьян по своему произволу в Сибирь “за маловажные проступки”; помещиков обязывали кормить своих крестьян в голодные годы. Ничтожные результаты дал и указ 20 февраля
1803 г. о “вольных хлебопашцах”, предусматривавший выкуп крестьян на волю с землей по обоюдному согласию их с помещиками. Выкупная сумма была настолько высока и сделки обставлялись такими кабальными условиями, что к концу царствования Александра дарованным им правом смогли воспользоваться лишь 54 тыс. душ крестьян, что составляло менее 0,5% их общего числа. В 1804 — 1805 гг. был проведен первый этап крестьянской реформы в Латвии и Эстонии. На этом этапе реформа коснулась “крестьян-дворохозяев”. Они получали личную свободу без земли, которую должны были арендовать у своих помещиков за установленные законом феодальные повинности — барщину и оброк. Указом 12 декабря 1801 г. недворянские свободные сословия — купцы, мещане, казенные крестьяне — получали право покупать землю. Все эти меры Александра I в принципе не затрагивали прав и привилегий помещиков.

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7



Реклама
В соцсетях
скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты